Церковь не совершает заупокойного поминовения о человеке, который сам прервал свою жизнь. Это не приговор душе и не отказ от любви к умершему: такова граница соборной молитвы, которую Церковь не переступает за человека, сознательно разорвавшего общение с ней. Разговор здесь идёт не о тяжести греха, а о том, был ли этот разрыв свободным выбором самого усопшего.
Близкие при этом не остаются без слова. Келейная, домашняя молитва об усопшем, умершем без покаяния, не запрещена: её читают дома, с упованием на милость Божию и с преданием неисследимой участи усопшего воле Божией. Ниже — ответ Церкви, молитва преподобного Льва Оптинского и порядок чтения для близких.
Церковь знает два разных вида молитвы об умершем. Соборная, евхаристическая молитва приносится о своих — о тех, кто в крещении стал частью Церкви и не разорвал этого общения сам. Частная, келейная молитва — дело личной любви верующего, и этой возможности близкие не лишены.
Поэтому ответ зависит не от тяжести греха, а от одного: был ли разрыв общения сознательным выбором человека. Смерть без покаяния по неведению, внезапная кончина, кончина в беспамятстве — не то же самое, что самовольное прерывание жизни. О первых Церковь молится обычным заупокойным чином, о вторых соборного поминовения не совершает.
Преподобный Лев Оптинский не отказывал близким в утешении и разрешал им молиться об усопшем дома, келейно. Речь не о замене церковной молитвы и не о споре с церковным правилом, а о смиренном слове любви, сказанном в тишине, наедине.
Такая молитва идёт без уверенности в исходе: близкий не судит о вечной участи и не просит «по праву». Он просит милости, зная, что судьбы Божии неисследимы, а собственное дерзновение молящегося — тоже грех, который надо принести Богу.
Известен случай, когда к старцу пришёл ученик, потерявший отца, скончавшегося самовольно. Старец запретил ему отчаиваться, утешил его и дал келейное правило — молиться дома кратко, с преданием участи усопшего воле Божией.
Слова этой молитвы объясняют её дух лучше любого толкования: «аще возможно есть», «не постави мне в грех молитвы сей», «да будет святая воля Твоя». Здесь нет требования и нет приговора — есть просьба и смирение. В разных изданиях жизнеописания старца текст приводится с небольшими разночтениями.
Правило простое: дома, отдельно от общего правила семьи, каждый день понемногу. Утром или вечером, вслух или про себя — как удобнее; перед чтением назовите усопшего так, как звали его при жизни.
Рядом с молитвой уместны «Отче наш», молитва Иисусова и своё слово. Молитва не отделяется от дел: посильная милостыня, доброе дело, пост в память об усопшем — та же молитва, только руками.
Взыщи, Господи, погибшую душу раба Твоего, аще возможно есть, помилуй. Неисследимы судьбы Твои. Не постави мне в грех молитвы сей, но да будет святая воля Твоя.
Молитву преподобный Лев Оптинский дал близкому усопшего как келейное правило; в жизнеописаниях старца и в позднейших изданиях слова передаются с небольшими разночтениями. Перед чтением называют усопшего так, как звали его при жизни.
Соборная молитва приносится о тех, кто не разорвал общения с Церковью сам. Самовольное прерывание жизни — сознательный разрыв, и Церковь не молится за человека вопреки его выбору. Это не запрет на любовь близких и не приговор душе.
Об этом не судит никто, кроме Бога: судьбы Его неисследимы. Церковь не выносит приговора, и близкие молятся с упованием, а не с уверенностью в исходе. Молитва здесь — просьба о милости, а не требование.
Тогда случай иной. Церковь различает сознательное отпадение и смерть без последней исповеди по неведению или внезапно: о вторых совершается обычное заупокойное поминовение. Повод для келейного правила — именно свободный разрыв общения, а не отсутствие покаяния.
Нет. Старец дал образец смиренного слова, а не единственную формулу. Рядом уместны «Отче наш», молитва Иисусова, слова своими силами сказанные своими словами — важнее не текст, а постоянство и трезвенное упование.
Информационные тексты о православной молитве · Журнал